История разоблачает

1 марта 8 года чучхе (1919) в Корее вспыхнуло общенациональное народное восстание против военной оккупации японского империализма (1905 – 1945 гг.).

Это было мощным взрывом накопленной обиды и негодования корейского народа, который под жестокой репрессией и эксплуатацией со стороны японского империализма изнывал от крайнего политического бесправия и нищеты, безжалостно лишился самостоятельности, оно было антияпонским сопротивлением за независимость страны.

Беспощадно подавляя Первомартовское народное восстание, японские империалисты совершили ужасный погром.

Слушав весть о Первомартовском народном восстании, премьер-министр Японии Хара экстренно открыл заседание кабинета министров, обсуждал меры по его подавлению, затем послал генерал-губернатору в Корее Хасегава тайную директиву – вне страны изобразить событие маловажным и обвести вокруг пальца мировое сообщество, внутри страны беспощадно подавить его.

С другой стороны, и министр сухопутных войск японского правительства дал приказ командующему дислоцированными в Корее японскими войсками решительными мерами вооруженных сил справиться с положением.

По приказу задавить восстание командующий дислоцированными в Корее японскими войсками поднял на ноги силы ранамской 19-й дивизии, рёнсанской 20-й дивизии, жандармерии и полиции для подавления демонстрации. По требованию генерал-губернатора перебросили из Японии в Корею в подкрепление 6 батальонов пехотинцев и 400 жандармов.

Первомартовское народное восстание носило мирный характер митинга. Все представители всех слоев населения, от мала до велика, вышли на улицу и шагали по ней, кричали «Да здравствует независимость Кореи!» Да и только.

Однако японские империалисты забеспокоились за свое военное господство, и старались нещадно подавить демонстрацию.

Они мобилизовали на подавление демонстрации и «пожарных», «резервистов», японских резидентов, уже не говоря о военных, полицаях и жандармах. Применяли к подавлению демонстрации ружье, саблю и другие убийственные средства, даже и пожарный крюк, топор, турник и кирку.

Убили всех членов семьи и родственников одного участника демонстрации (их больше 70) в уезде Хаман провинции Южный Кёнсан, в Кёнсоне (Сеуле) самураи варварски убили одного 7-летнего мальчика, кричащего «Да здравствует независимость!» с флажком в руке, саблей разорвав ему рот.

Изверги без зазрения совести занимались зверскими деяниями: надругались над демонстраторами-христианами, говоря, что «Вы – христиане, и потому-то обязаны умереть на кресте», и сковали их с крестом и убили штыками, арестовали женщин и школьниц, даже и десятилетних девочек, изнасиловали их и убили…

О жестокости убийства японскими империалистами в то время на месте демонстрации пишут:

«80-летняя старуха и 10-летний мальчик убитыми под ударом их (самураи) сабли лежат, ученик, привязанный к стволу большого дерева, был убит от удара дубинки с закрытыми глазами и высунутым языком, волочат растоптанную конскими копытами и полученную пинки в живот 16-летную девочку, хватив ее за волосы. Японцы совершали такие до предела нечеловеческие злодеяния, и, кажется, они еще недовольны отсутствием выдумки более жестокого метода».

Умирали люди японскими империалистами не только на месте демонстрации, но и в камерах жестоких пыток.

Японские изверги выбирали многочисленные звериные методы пыток: вешали людей верх ногами с завязанными руками под потолком на крюке; ставили людей на спине и вливали воду из чайника в их рот и ноздри, когда живот разбухает, топтали военными ботинками; надевали людей мокрый жилет из воловьи шкуры и дали жертве мучиться от сжимания кожи; раскаленными металлическими прутами прижигали тела; щипцами вытаскивали ногти и когти; поджигали борода и усы и волосы; раздели догола женщин, пытали и изнасиловали…

С целью узаконить такие акции убийства японские империалисты состряпали и опубликовали «законный приказ» генерального губернаторства № 7 «О наказании преступников в политическом отношении». В нем отмечено, подвергают участника «волнения» тюремному заключению сроком до 10 лет, что узаконивает безразличную репрессию в отношении малейшего антияпонского действия или демонстрации.

Гарантировав свое варварское убийство даже де-юре, японские империалисты без зазрения совести расправились с демонстраторами с членами их семей с родственниками, превратили даже населенные пункты в пепел.

Типичный пример тому – злодеяний убийства извергов японского империализма в селе Чеам уезда Сувон провинции Кёнги. Японцы насильственно угнали сельчан в сельскую церковь, открыли беспощадный залп и разжигали ее.

По выбегающим сосредоточенно стреляли. Одна женщина высунула новорожденного младенца через окно и просила пощадить лишь его, а изверги вонзили штыки в его спину и кинули в горящий церковь.

Такие зверские деяния убийства продолжались несколько дней возле этой местности, в результате чего сожжены 317 дворов и убиты 1000 жителей в 15 селениях 8 волостей.

Даже японские СМИ разоблачают это: «в то время жандармских участков на всей территории Кореи было 98, там без исключения раздались пальбы, от чего были убиты корейцы. Кроме того, были 877 жандармских постов, 43 жандармских главных инспекционных пунктов (позже переименованы в участки), и там тоже без исключения имели место пальбы против демонстрации. От выстрелов, видимо, минимально 100 тысяч корейцев пали убитыми» («Корея под господством Японии» страница 96).

Во время Первомартовского народного восстания 100 тыс. с лишним корейцев было убито пулями и штыками японцев, с 1 марта по 31 мая 1919 г. было арестовано и сброшено в тюрьму около 46 700 патриотически настроенных жителей в Корее.

Действительно репрессивные акции японских империалистов против корейского народа в период Первомартовского народного восстания как самые жестокие нечеловеческие злодеяния превзошли человеческое воображение.

Репрессивные акции японского империализма против Первомартовского народного восстания ясно показывают, что именно японский империализм является столетним крупнейшим преступником и кровавым врагом, совершившим неискупимые преступления против корейского народа.